В общем и целом тебе тут все рады. Но только веди себя более-менее прилично! Хочешь быть ПАДОНКАМ — да ради бога. Только не будь подонком.
Ну, и пидарасом не будь.
И соблюдай нижеизложенное. Как заповеди соблюдай.
КОДЕКС
Набрав в адресной строке браузера graduss.com, ты попал на литературный интернет-ресурс ГРАДУСС, расположенный на территории контркультуры. ДЕКЛАРАЦИЯ
Главная Регистрация Свеженалитое Лента комментов  Рюмочная  Клуб анонимных ФАК

Залогинься!

Логин:

Пароль:

Вздрогнем!

Третьим будешь?
Регистрируйся!

Слушай сюда!

MneMorizz, в таком ракурсе политику не хаваем.

Француский самагонщик
2019-08-20 15:45:59

Эр Св!
Очень приятно видеть тебя в наших ебенях.
Это во-первых.
А во-вторых - процитирую с той самой ссылки, что ты нам заслала в приемник:

Buy Compact Disc €10 EUR or more (с)

Так что высылай бабки.

AbriCosinus
2019-08-15 14:42:42

Любопытный? >>




Синий роман. Глава раз. Добрая сказка

2009-08-02 15:42:36

Автор: Редин
Рубрика: ЧТИВО (строчка)
Кем принято: Француский самагонщик
Просмотров: 751
Комментов: 25
Оценка Эксперта: 34°
Оценка читателей: 37°
Интересно, что делать, когда в голову ничего не лезет, а желание писать присутствует? Может быть, попытаться написать детектив? К тому же они вроде бы неплохо продаются. Чтобы кровь текла рекою, и в крутом, интригующем сюжете были замешаны деньги, наркотики, проститутки и любовь. Всё это, конечно, не плохо, однако меня этот наборчик не вдохновляет. Даже любовь в обрамлении вышеперечисленного списка не вставляет. А может тогда – ужастик? По-моему, ужасное чтиво сейчас пользуется попсовостью. Чтобы кровь в нём текла рекою и в жутком, леденящем душу повествовании были замешаны деньги, наркотики, проститутки и любовь. Ужастик – это хорошо, но, откровенно говоря, что-то на ужасы у меня тоже не стоит. Остаётся одно – написать сказку. И не просто сказку, а добрую сказку, и для наличия интриги, сделать так, чтобы кровь в ней текла рекою, и были замешаны деньги, наркотики, проститутки и любовь.

Я, конечно, мог бы смеха для и забавы ради написать, что он был наркоманом, а она девушкой по вызову, но любовь, объединив их сердца, вырвала их из лап пагубных пристрастий и, решив отметить своё освобождение от кандалов порока, они посетили казино, где выиграли баснословную сумму денег и, уехав из этой страшной страны, стали жить-поживать, да добра наживать (к тому, что начальный капитал у них уже имелся). А что до рек крови, то можно отметить одну пикантную подробность: раз в месяц она страдала изрядно обильными выделениями. И всё. Сказка готова и можно, довольно потирая руки, идти пить чай. Но всё это как-то несерьёзно. А жанр сказки предусматривает всё – буквально всё – от искромётного юмора до трагической случайности. Всё, кроме несерьёзности. А посему мы, со всей серьёзностью отнесясь к сказке, притупим к написанию последней.

Город, убаюканный колыбельной лунной ночи, спал. И жители его, утомлённые маршем повседневных забот и дел, тоже спали. Им снились хорошие добрые сны. Городу и его жителям. Город был не большим, но очень чистым и к тому же стоял он на берегу моря, которое так же, как город, спало, мирно посапывая одной-другой волной. Наверное, для того, чтобы не забывать, что оно море.
Вдруг из моря появился человек и, походкой, присущей тридцати трём богатырям (сразу), принялся выходить из пучины вод (где тридцать три богатыря, там и пучина). Одет он был в гидрокостюм, и за его спиной можно было разглядеть акваланг, а голову его венчала маска, предусмотрительно снятая с лица. Кто он – ночной незнакомец – и что делает он в столь поздний час в море? Ну, что ж. Ответ на этот вопрос мне известен. Это местный и единственный в городе водолаз дядя Вася. А вот о том, что он делал ночью в море, мы для создания интриги умолчим или, может быть, никогда не узнаем. Дядя Вася – это огромный пятидесятилетний добряк, который, если его не доводить до накала белого цвета, и мухи не обидит. Однако же не дай вам Господь попасться ему под горячую руку. Здоровья в нём было немерено, и рука его была тяжела. Жил он вдвоём с дочкой в небольшом и милом домике, приютившемся на самом берегу моря. Жену он похоронил. Её забрало у него бессердечное море.
Однако не всё так плохо, как может показаться на первый взгляд. Боль утраты скрашивала ему дочь. И была она не просто послушным и таким же добрым, как и её папа, ребёнком. Она у него была красавица. Длинные, стройные ноги. Высокая грудь. Талия – предмет зависти почти всех женщин городка, конечно, из тех, кто ещё думал о таких мелочах, как внешность. Красивые плечи и симпатичное, озорное лицо с родинкой у краешка рта. Мне бы хотелось написать: «лицо, в обрамлении длинных, золотистых волос», но волосы её были черны, как смоль и к тому же коротко острижены.
Короче говоря, была дочка дяди Васи предметом ночных фантазий, а нередко и поллюций не одного пацана солнечного прибрежного города. И, как назло, она, зная, что по ней тайно, а зачастую и открыто вздыхают почти все мальчишки, носилась от дома к пристани и обратно в короткой отцовской тельняшке. Ходили слухи, что под тельником ничего нет. Но это вздор. Я сам как-то случайно видел голубой шёлк её нескромных, но всё-таки трусиков. Звали её Ивана. Ей было семнадцать. И была у неё мечта. Нет, Ивана была человеком практичным, звёзд с неба не хватала и о принце на золотом коне (знаю, знаю, что не на золотом, а на белом. Не мешай. На золотом-то покруче будет) не мечтала. Принца ей заменял папа. И, причём, факта инцеста за ними замечено не было. Просто так уж повелось с детства, и отец был для неё воплощением доброты и справедливости, силы и отваги, короче говоря, мужественности, и поэтому умудрялся заменять в её неглупой головке всех мужчин сразу.
Мечтала Ивана о том, что сможет, когда-нибудь покинув родные пенаты, приехать в большой город. Москву или Питер, или, на худой конец, Киев и потом… А вот что потом, она не знала. Может быть, ей удастся поступить в какой-нибудь институт (желательно гуманитарного профиля), а если нет, то тогда устроиться на работу (желательно моделью в какое-нибудь агентство. Благо, внешние данные позволяли ей на это надеяться). Да и вообще, чего ради забивать себе голову несуществующими проблемами? Сначала не грех бы решить, куда именно направлять свои стопы. Затем попасть туда, а уж потом, так сказать, на месте разбираться: «что», «куда» и «почему» или «почём». Свой городок Ивана любила и уехать из него хотела не потому, что он ей надоел, а скорее, потому что манил её ветер свободы большого города.
А пока она, доставая своей недоступностью тех, кто не ровно к ней дышал, по-прежнему носила в коротком тельнике (полоска чёрная, полоска белая) отцу на пристань обеды. И местные пацаны по-прежнему тяжело вздыхали, глядя на красивые загорелые ноги и легко угадывающуюся, с неприлично торчащими сосками, упругую грудь под тельняшкой. Иногда она купалась. О! Это отдельная история и за это можно брать деньги. Она просто снимала старенькую, но всегда чистую тельняшку и, оставаясь топлес, не спеша, давая возможность насладиться собой, подходила к краю пирса и, немного постояв, прыгала с него в воду. Она любила море, и море любило её. Плавала она великолепно (дочь моряка) и, заплывая иногда далеко-далеко, подолгу лежала на воде, разглядывая вечно молодые облака в глубокой синеве неба. Затем она возвращалась и медленно выходила из воды. Словно Афродита. Красивая и недоступная. Как же жалело местное мужское население городка (посмотреть на это чудо старался всякий, и стар и млад), что случалось это не так часто, как хотелось бы. Дяде Васе не нравилось, что его девочка дразнила мужиков. Но он считал, что его ребёнок (хорош ребёнок, с четвёртым-то размером блюзового гальтера) уже достаточно взрослый для того, чтобы поступать так, как считает нужным и поэтому ничего ей не говорил.
Так они и жили, проводя лето в приятных заботах, а зиму коротая у камина, который дядя Вася поставил сам. Он вообще был мастером на все руки. Зимой с работой в городе было туго, но заработанных за лето на беззаботных, а зачастую и бесшабашных отдыхающих, денег хватало для того, чтобы, в общем-то, безбедно переждать мёртвое время года.
Иногда они читали. Ивана всё подряд, но чаще книги на каком-то странном языке по синей магии – они достались ей в наследство от бабки по материнской линии, а дядя Вася – газеты и, причём, ему было совершенно не важно, какую именно газету он читает – свежую, или пятилетней выдержки. К периодике он относился с благоговейным трепетом.
А иногда дядя Вася, сидя у камина в кресле-качалке и укутав ноги бабушкиным пледом (зимой его немилосердно доставал застарелый ревматизм) рассказывал своей дочери морские байки, которых он знал несметное множество. Рассказчик он был хороший, а посему, давайте и мы послушаем одну из них.
Ну, что? Дядя Вася, мы расселись. Можно начинать. Итак:

Байка о Дельфине и скале «Парус», рассказанная дядей Васей в один из зимних вечеров дочери своей Иване.

«Случилось это давно. В пору бушующих ветров и штормящего моря, сверкающих молний и грохочущего грома. В ту пору, когда люди были честны и бесхитростны, и всего лишь одно неловко оброненное слово могло послужить причиной для смертельного оскорбления. Судов тогда, моя девочка, не было (Иване не нравилось, когда отец называл её "моей девочкой", но, не желая перебивать его в самом начале повествования, она промолчала), и правосудие вершилось просто. Если ты не прав – отвечай за это. Нередко люди, отвечая за свои ошибки, расставались с жизнью.
Именно в это суровое, но честное время жил человек по имени Ял. Ял был, как и большинство мужчин их посёлка, моряком. И надо отдать ему должное, моряком он был отменным. Нередко он выходил в море тогда, когда остальные за всё золото мира не соглашались этого сделать. «Жизнь дороже», - так они говорили. А он выходил и возвращался. Целый, невредимый и богатый. Как сказали бы сейчас: рубил он капусту в полный рост и поэтому женихом был завидным. Но к женщинам Ял относился с прохладцей. Ты чего улыбаешься? Нет, педерастом он не был. А ты об этом подумала?», - получив утвердительный кивок головы и осудительно цокнув языком, дядя Вася продолжал: «Просто не нашлось ещё той, которая смогла бы растопить лёд в сердце морского волка. Да и годков ему было столько же, сколько тебе сейчас, то есть семьдесят один. Ну, что папа? Подумаешь, перепутал расположение цифирь». Ему нравилось это старое слово, и он старался всунуть его, куда ни попадя. В данной ситуации попадание было удачным. «Так вот. На чём я остановился? Как-то раз к нему подошёл странный тип, одетый в чёрное и в широкополой такой шляпе, как у Д’Артаньяна, надвинутой на самые глаза и предложил одно очень выгодное дело. К тому же, идти-то было всего ничего. До Херсонеса и обратно. Друзья его отговаривали, уверяя, что подошёл к нему антихрист и ничего хорошего из этой затеи не выйдет, и тот над ним только посмеётся, и хорошо, если Ял останется в живых. Но Ял был человеком свободным от предрассудков и дал своё согласие на эту, как он выражался, морскую прогулку, потребовав, правда, от греха подальше, обещанное вознаграждение вперёд. В утро перед отплытием сама природа, казалось, воспротивилась этому, и волны были, как никогда, велики, а ветер был настолько сильным, что, как пух валил огромные деревья. Однако в бухте было относительно спокойно, и Ял решил выйти в море. Я не знаю, что там и как, но, как только он покинул пределы бухты и с успехом преодолел пять гигантских волн, и казалось, что и на этот раз он сможет выйти победителем из схватки со стихией, как на самом гребне шестой, ослепительная молния ударила в корму корабля. Всё это с утёса наблюдал человек, предложивший сделку Ялу, и ураган обходил его стороной. Человек стоял на утесе и, воздев руки к небу, громко и оглушительно смеялся. А корабль тем временем, превратившись в огромный чёрный парус, окаменев, стал скалой, одиноко стоящей в море. Все матросы Яла – отважного молодого капитана – спаслись и в один голос уверяли жителей посёлка, что в момент, когда молния ударила в корабль, Ял превратился в дельфина и уплыл в море. Я не знаю. Может быть, всё это не правда, но чайки, видевшие, как сатана посмеялся над человеком, заплакали. Ты до сих пор можешь слышать их плач».

- Печальная история, - сказала, немного помолчав, Ивана.
- Да уж, - ответствовал дядя Вася, - но поучительная.
- Ты о том, что не с каждым стоит общаться? - она сладко, выгнувшись кошкой, потянулась.
- Да. И ещё о том, что не всякие деньги стоит брать.
- А говорят, что деньги не пахнут.
- Правильно, девочка моя, - дядя Вася знал, что девочка его становится маленькой злючкой, когда слышит, что он её так называет, но желание позлить её было сильнее элементарной логики. И к тому же, когда она злилась, она так сильно была похожа на мать, по которой он очень сильно тосковал и которой ему так недоставало, не смотря на то, что со дня её смерти прошло девять лет, семь месяцев и три дня. Дядя Вася был однолюбом.
- Ну, папа! - Ивана встала и подошла к окну, а ему в голову вдруг влезла старая присказка на грани анекдота: «Ты куда? Я пойду к окну. Ну, пойди, какни». И рассмеявшись, он пошёл на попятную:
- Ладно, ладно, не буду, - и добавил, - девочка моя.

Следующее лето мало чем отличалось от предыдущих. Только воздыхатели Иваны с сожалением и восторгом наблюдали, что грудь её стала ещё пышнее, ноги стройней и длиннее и сама она начинала приобретать помимо красоты, то, что принято называть шармом. Наверное, это случилось, оттого что дочь дяди Васи сменила отцовский тельник на мамино платье, которое, впрочем, было настолько лёгким, что при малейшем дуновении ветерка, стайкой проворных белых птиц вздымало вверх, открывая зевакам её ноги, а иногда и соблазнительную попку. Да и декольте у платья было, мягко выражаясь, рискованным. В остальном же всё оставалось по-прежнему: и, ставшие уже традиционными, обеды, которые она носила отцу на пристань, и не частые, но также ставшие традицией, её купания с открытой грудью, и такая же традиционная толпа зевак, и даже, выискавшийся неизвестно откуда, тайный мастурбатор, который, прячась за прибрежными камнями, вершил своё грязное дело, и о котором она знала, но отцу говорить о нём боялась. Тот мог и убить ненароком.
Как-то раз, под вечер, Ивана возбуждённая пришла домой и с порога выпалила отцу, под чаёк мусолившему позавчерашнюю газету:
- Я его видела.
- Кого? - не понял дядя Вася, но, на всякий случай, снял с носа очки, годившиеся только для чтения.
- Яла, - она, не находя себе места, пантерой в клетке металась по комнате.
- Какого Яла? - бедный дядя Вася. Он и не подозревал, что одна из его многочисленных сказок могла вскружить девчонке голову.
- Ну, как же? - недоумевала она, - помнишь, ты зимой рассказывал мне историю о моряке, над которым посмеялся дьявол?
- Ах, эту? Только это не история, а байка, - он никогда ещё не видел свою дочь столь возбуждённой и поэтому не на шутку забеспокоился, - и от истории, малыш, она отличается тем, что от первого до последнего слова выдумана. Проще говоря, всё это враки, - он, несмотря на свою обеспокоенность, старался быть сдержанным, и у него это неплохо получалось, - будешь чай?
- Нет, - отрезала Ивана.
- Ну, тогда иди спать. Поздно уже, - сказал дядя Вася, надеясь на то, что к утру шторм девичьего воображения поутихнет, и всё вновь станет на круги своя.
Однако на следующее утро он обнаружил, что шторм не только не стих, но, продолжая бушевать, забрал его сокровище – его маленькую девочку – в неизвестном направлении. По истечении суток он заявил о пропаже в милицию. Там, справедливости ради, отметим: делали всё, что могли, но все их потуги были тщетны.

Так и закончилась наша сказка. И прости мне, читатель, что не текла в ней кровь рекою, и не были замешаны в ней деньги, наркотики, проститутки и любовь. Что же касаемо ночных вылазок в море дяди Васи, то объясняется всё это довольно просто. Любил он шариться по ночам под водой с аквалангом.

А Ивана? Кто знает, где она сейчас? Может быть, ходит по улицам, поражая своей красотой, огни большого города, а может, золотой рыбкой плавает в море в обществе гордого и красивого дельфина Яла.


Вот. Наконец-то Редин меня порадовал.
Есть несколько косячков, имхо: "пользуется попсовостью", "местный и единственный в городе водолаз", кое-где многовато глагола "был".
Но в целом - очень. Давай дальше!

Шизoff

2009-08-02 15:55:32

Хм, чё-то я озадачен таким Рединым.....

Шизoff

2009-08-02 15:56:11

Ставлю оценку: 34

Шизoff

2009-08-02 15:56:51

за то, что написано грамотно, авансом. пока не разобрался.

Шизoff

2009-08-02 16:09:32

не, хорошо. токмо ровно слишком, децкопьяного охуения перед жизнью не хвататет. лично мне.
Шизофф, так это ж тока первая сказка. Опьянение - оно, может, еще придет?

Шизoff

2009-08-02 16:20:58

Юро, так формат диктует, кто ж спорит? сам ебусь с большой формой, понимая что в каждую строчку пихаю как в миньку по привычке.
может и будет, с удовольствием узнаю.

Редин

2009-08-02 17:08:29

Юра, по мне так это что ни на есть самое настоящее мыло. не кокетничаю. правда. хотя, может, разве что как какая-нить стилизация и прокатит.
заслал по одной причине - из песни слов не выкинешь. и в синем романе Ивана - персонаж, если не главный, то существенный.
Антон, спасибо за аванс. я его пропью.

Кешастик

2009-08-02 17:18:21

пантерой в клетке металась по комнате (с)

Задумалась...

Шизoff

2009-08-02 17:18:46

Редин, такие штуки кстате полезны - помогают понять чего можешь, но не стоит. Я такой шлоебени 70% наковырял.
Эх, выпил бы я щаз с тобой...

Редин

2009-08-02 17:30:31

Антон, любой опыт полезен. просто иногда бывает стыдно (что полезно также).
и это... "будут с водкою дебаты, отвечай: нет, ребяты-демократы, тольки чай"
Редин, оно так и бывает: автору кажется, что это самое что ни на есть мыло, а всем (сик! ну или почти сик) кажецца што это как раз вещь.

Шизoff

2009-08-02 17:33:41

да, стыдно бывает. жалко токо что это жгучее чувство приходит позже чем надо.
охуел я уже от чаю с кофеем
И когда приходит жгучее чувство, то вы понимаете, что настоящее - это некая зарисовка без начала и конца, понятная только самому себе, причем настолько понятная, что можно даже не записывать ее? Или записать, полюбоваться и сжечь?
Это случаем не снобизм ли, мастера слова?

Шизoff

2009-08-02 17:41:27

да не, юрсаныч, не утрируй. ты уже о банальной лени и самооправдании. а речь о том, что выродил ты што-то глубоко недоработанным. не решив по существу ни одной задачи, всё халтурно и абы как. а уж если все расхвалили - то ваще пиздец.
очень трудно потом назад возвращаться.
поумнел, а горючее кончилось. и правила забыл. и все четыре колеса проткнуты.
раньше мог без тормозов, а щаз ручник не отпустить.

Редин

2009-08-02 17:46:27

Шизoff
2009-08-02 18:41:27
твоя правда.

Шизoff

2009-08-02 17:47:54

Редин, я токо про себя, если что
я не понимаю, Антон, что такое "не решив по существу ни одной задачи". и что такое - решив, тоже не понимаю.
а вот что назад возвращацца трудно - это понимаю. только данный случай, на мой взгляд, не тот. не без косяков стилистических вещь, да, но они-то поправимы. а под кажущейся (возможно, и автору) поверхностностью, сдаецца мне, что-то есть. с двойным дном вещь, подозреваю я.
ну, будет продолжение - заценим, хуле.

Шизoff

2009-08-02 18:00:19

Юрсаныч, это надо брать литр крепкого из морозилки, и поступательно перетирать на кухне, желательно ночью.
да, Антон, да!

про заек

2009-08-02 18:17:14

спартак говорит короче: "об этом надо пить!"

Шизoff

2009-08-02 18:21:13

спартак - чемпион, хуле

докторЪ Ливсин

2009-08-03 22:28:50

не, другой редин..сцуко..
а про мыло..я х\з..
давай третью часть..и будем посмотреть..
и если чо-вторая большее понравилась..

ВИКТОР МЕЛЬНИКОВ

2009-08-12 22:10:51

Меня цепляет, буду читать дальше.

ВИКТОР МЕЛЬНИКОВ

2009-08-12 22:11:20

Ставлю оценку: 39

Щас на ресурсе: 38 (0 пользователей, 38 гостей) :
и другие...>>

Современная литература, культура и контркультура, проза, поэзия, критика, видео, аудио.
Все права защищены, при перепечатке и цитировании ссылки на graduss.com обязательны.
Мнение авторов материалов может не совпадать с мнением администрации. А может и совпадать.
Тебе 18-то стукнуло, юное создание? Нет? Иди, иди отсюда, читай "Мурзилку"... Да? Извините. Заходите.