В общем и целом тебе тут все рады. Но только веди себя более-менее прилично! Хочешь быть ПАДОНКАМ — да ради бога. Только не будь подонком.
Ну, и пидарасом не будь.
И соблюдай нижеизложенное. Как заповеди соблюдай.
КОДЕКС
Набрав в адресной строке браузера graduss.com, ты попал на литературный интернет-ресурс ГРАДУСС, расположенный на территории контркультуры. ДЕКЛАРАЦИЯ
Главная Регистрация Свеженалитое Лента комментов  Рюмочная  Клуб анонимных ФАК

Залогинься!

Логин:

Пароль:

Вздрогнем!

Третьим будешь?
Регистрируйся!

Слушай сюда!

fon.klaus. Видишь ли, я не то чтобы болею за «Зенит»... и не то чтобы стою на страже нравов... но от темы, которая вдохновила тебя на почти олдскульный стих, у меня возникает изжога и идиосинкразия. Тагшта фтопку. Пешы исчо.

Француский самагонщик
2020-11-10 14:16:42

Непедрилов. Ладно бы только похабно было. Так еще и скучно.

Француский самагонщик
2020-08-06 17:29:35

Любопытный? >>




Евгения и Анатолий. Маленькая поэма о большой любви.

2013-11-29 07:09:23

Автор: Бабука
Рубрика: ЧТИВО (столбег)
Кем принято: Лоффкач
Просмотров: 719
Комментов: 9
Оценка Эксперта: 35°
Оценка читателей: 35°
Текст был помещен автором в Рюмочную, как не соответсвующий эстетическому направлению Ресурса (конъюнктура). Но раз ФС говорит давай в приемник, засылаю. Если решите опубликовать, пожалуйста, удалите пост из Рюмочной. Спасибо.


Если горе настигнет, и сердце сожмется от боли,
Если станет идти тяжело по дороге мирской -
Я два имени вспомню: Евгения и Анатолий,
И в усталой душе поселяются мир и покой.

И когда мне порою от дум невеселых не спится,
Если кажется мне, что весь мир утопает во лжи,
Я взгляну на их свежие, умные, честные лица –
И слеза по щеке пробежит. И захочется жить.

И я стану добрей, и проснется уснувшая совесть,
В середине зимы запоют, засвистят соловьи –
Такова твоя сила, волшебная, мудрая повесть
О наивной, о чистой, простой, бескорыстной любви.

Анатолий был старше – солидней, мудрее, матёрей,
Но такой же мечтатель и пылкий романтик в душе.
Благородство, галантность и мужество, как в мушкетере,
Без труда уживались в смышленыше и крепыше.

Он был в мебельном бизнесе - кресла, серванты, кровати,
Платяные шкафы и торшеры, диваны, столы -
Анатолий творил как великий артист на эстраде,
Но не ждал, как артисты, за то никакой похвалы.

И к стратегии с юности склонность имея большую
Толик в мебельном складе, когда находила тоска,
Расставлял гарнитуры – умело, умнО, по феньшую -
Как в бою генерал на позиции ставит войска.

А она была дочкой обычного миллионера,
Не магната, а так - миллионщика средней руки.
Но в груди ее юной жила православная вера,
И устои морали неслыханно были крепки.

Анатолия профиль - чеканный, как с древней монеты,
Взгляд бенгальского тигра и мускулы как у качков
Увидала Евгения и обомлела: «Кто ЭТО?»
И услышала шепот подружки: «Студент Сердюков»!

Сердюков! В этом слове - горячего сердца биенье,
Доблесть сэров и дюков, и серна, что скачет стремглав,
Запах сернистых газов с источником их зарожденья,
Цвет российского неба и русский приветливый нрав.

До восхода порой за конспектом по римскому праву
Молодые юристы сидели, касаясь плечом.
И гордились они за великую нашу Державу,
И клялись ей служить до конца, и молились еще.

Свадьбу Женечка с Толиком думали справить в июле -
Жить бы в душу душа молодым до скончания лет!
Но легла меж влюбленными тень однокурсницы Юли,
А за Юлей маячил и папы ее силуэт.

Молвил Юлин отец: «Анатолий, Отечество просит
Умоляет: приди, помоги, порешай, разрули!
Разберись ты в налогах, в российском проклятом вопросе!»
Анатолий пришел. И казну наводнили рубли.

На высоком посту для таланта обильная пища:
Заслужил – получи премиальные, особнячок.
В тесном черепе Толика пух его мощный умище,
Разрастался, стекал на лицо водопадами щек.

Как щедра, как богата его дарований палитра! -
Так на солнце нам дарит оттенки цветов аметист -
Вот уж «Юкос» повержен, кровавая злобная гидра.
Вот он доктор наук – выдающийся экономист.

Над портретом Евгении ночью, тоскуя в разлуке,
Анатолий склонялся от горя небрит, некрасив –
Но, опомнясь, привычным движением брал себя в руки,
Фотографию влагой скупой по-мужски оросив.

Показатели ведомства в гору ползли неуклонно.
И позвал Президент Анатолия в Кремль на прием.
«Ты налоги поправил? Иди укрепляй Оборону!
Разберись. Порешай. Разрули. А не то – пропадем!

Либералы за гранты Отчизну совсем развалили,
Вместе с Родиной армию тоже, такая беда!
На границе бесчинствует бешеный Саакашвили,
А ракеты летают куда-то совсем не туда.»

И пришел Анатолий. И в шею прогнал ретроградов.
Сократил. Отменил. Распустил. Укрупнил. Упразднил -
Не ища привилегий и званий, забыв про награды,
По ночам не смыкая очей, выбиваясь из сил.

Под девизом «Великой и сильной России служу я!»
Он сливал корпуса и полки, округлял до нуля,
А что слить до конца не успел - расставлял по феньшую
Как когда-то на питерском складе своем мебеля.

На восток и на запад летели его директивы.
Только вдруг обнаружил чиновник один диссонанс:
Что недвижимость - зданья, земля и иные активы -
Непосильным ярмом тяготили армейский баланс.

И прозрел Анатолий. И жизнь вдруг наполнилась смыслом.
И тогда - всем чертям и жене нелюбимой назло -
Он набрал на потертой мобиле заветные числа
И услышал, всем телом дрожа, дорогое «Алло...»

А потом были слезы и смех, поцелуи, объятья,
И работа до пота ручьем на усталом лице.
Госимущество таяло, пядь за ненужною пядью,
И свободно вздохнул в гарнизоне простой офицер.

Немудреное женское счастье – быть с суженым рядом,
Бриллиантов чуть-чуть, да полсотни любимых картин...
Но не знали они, что, отравлена ревности ядом,
Наплела уже Юля коварных своих паутин.

Юля к папеньке кинулась, пользуясь правом особым,
Зазвенели звонки в кабинетах, помчались гонцы.
Словно гром среди ясного неба бабахнуло: «Обыск!»,
И упали замки в закромах, и открылись ларцы.

Оказавшись внезапно в такой унизительной роли,
Перед опером Женя стояла босой, неглиже.
И подругу свою животом прикрывал Анатолий,
В полосатых семейниках, с должности снятый уже.

Ну, а те, что вчера перед ним трепетали как зайцы,
Нагнетают и сплетни строчат в клеветнический блог,
И кричат, что стяжателя надо повесить за яйца,
А сообщницу бросить немедля в мордовский острог.

Как транзитна в российской истории глория мунди!
Ты сегодня в фаворе, в чести, в шоколаде, в тепле.
Ветер чуть переменится – глядь, и холеные муди
Трепыхаются, лопаясь, в грубой шершавой петле.

Кровожадный народец – любитель таких экзекуций:
Чей бы зад ни пороли опричники, лишь бы не мой!
Но, прервав вакханалию, молвил гарант Конституции:
«Не дождетесь, собаки. Сегодня не тридцать седьмой!»

И действительно - Родина вновь, к изумлению многих,
Призвала на служенье смышленыша и крепыша:
Укрепил оборону? – Иди укрепляй технологии!
Помоги. Обеспечь. Разберись. Разрули. Порешай.

А Евгения хрупкая в тесной квартирке томится,
Иногда в этой суетный мир выходя по делам -
В адвокатскую фирму, где трудится ныне юристом,
Да в Столешников, в скромный бутик. Да на исповедь в храм.

Бесталанный писака – они, как любому известно,
Нездоровую тягу имеют к чужому белью -
Тиснул гаденький пасквиль, хихикнув глумливо и мерзко:
«Сердюков с головою повинной вернулся в семью.»

Я не верю! Не верю в дешевую «утку» такую.
Написавший ее – щелкопер, негодяй, педераст.
Пусть клевещут лжецы. Злопыхатели пусть злопыхуют.
Кто Россию не продал, любовь ни за что не продаст!

Будет суд. Пусть нескоро. Когда-нибудь. Честный. Басманный.
Беспристрастный как лом. Разберется во всем – от и до.
Ну, а если – осудят, что было б нелепо и странно –
Есть отсрочки, амнистии, в крайности самой - УДО.

Настоящее чувство никто и ничто не разрушит -
Они встретятся снова, не помня обиды и зла.
И сольются в любовном экстазе их чистые души.
И прижмутся друг к другу прекрасные эти тела.

Станут вечной легендой Евгения и Анатолий.
И однажды писатель напишет великий роман.
Будут жить они в песнях, в стихах, в каждом сердце и школе -
Как Ромео с Джульеттой, как с нежной Людмилой Руслан.

Если станет тебе тяжело – на работе, в сраженьи,
На пороге отчаянья, в самые черные дни -
Ты два имени вспомни немедленно: Толя и Женя.
И борись. И трудись. И мечтай. И люби. – Как они!

Лоффкач

2013-11-29 07:16:43

Надеюсь, те, кто успел отметиться в треде, не в обиде за снос последнего, и еще раз поделятся впечатлениями уже здесь.

Тёмное бархатное

2013-11-29 08:15:45

Монументально.
Сильно хохотался над фэншуистой расстановкой войск и злопыхуйством злопыхателей.
Качественно, иронично... но не цепляют меня такие персонажи ни в жизни, ни в строчке.

Тёмное бархатное

2013-11-29 08:16:42

Ставлю оценку: 33

Хохол Карней

2013-11-29 12:22:26

Батальное полотно !!! Качественно сделано, иронично гггы Улыбнулся во многих местах и хотя стараюсь от таких персонажей быть в стороне, все равно браво автору за качественную работу гггыы

Хохол Карней

2013-11-29 12:22:48

Ставлю оценку: 35

anatman

2013-11-29 19:32:10

гыыыы
и не лень ведь было
зачот!

докторЖувака

2013-11-30 04:30:11

Большому человеку - Большой трут,
Хрупкой подруге - хрен для подпруги,
Летописцу - жвачку и пидццу,
Тому кто прочитал - от Бабуки причиндал,

А на шконке место кому - пока неизвестна!

апельсинн

2013-11-30 04:45:20

Уважаемый Бабука, повторюсь.
"И — боже вас сохрани — не читайте до обеда советских газет." (c)
зачот, конечно.
погуглил, этого чела, оказывается, табуреткиным называли. позор просто для армии.

апельсинн

2013-11-30 04:45:43

Ставлю оценку: 37

Щас на ресурсе: 76 (1 пользователей, 75 гостей) :
софораи другие...>>

Современная литература, культура и контркультура, проза, поэзия, критика, видео, аудио.
Все права защищены, при перепечатке и цитировании ссылки на graduss.com обязательны.
Мнение авторов материалов может не совпадать с мнением администрации. А может и совпадать.
Тебе 18-то стукнуло, юное создание? Нет? Иди, иди отсюда, читай "Мурзилку"... Да? Извините. Заходите.