В баскетбол меня привела с виду такая некультяпистая, но довольно сексуальная, на мой тогда вид, тетя. Надежа Андреевна. Я вообще склонен был уподобляться всяким разным фантазиям относительно взрослых женщин. Мне не нравились сверстницы совсем. Плоскодонки и дуры. А вот эти милфы. И это в третьем классе. Ну не знаю. Если бы пришел мужик агитировать в секцию баскетбола, я бы еще подумал. Но тут сомнения развеялись сразу. Вскочил из парты, как сайгак. Типа я готов пострадать. Надежда Андреевна посмотрела на меня, как на гавно. Но ласково. Рост вроде ничего, наверное подумала. С виду дурачок. Но ладно, возьму, коли хочет.
Занятия происходили в школе № 8. Это жопа мира нашего города. Но я исправно ездил туда четыре раза в неделю. Как мне сказала мой первый тренер: «Ты молорик, Андрюш. Старательный. Может толк и выйдет». Если честно, то мне казалось, что на тренировках мы занимались откровенной хуйней. Кидали в стену какие то тяжелые, набитые хуй знает чем, дерматиновые мешки. Постоянно подтягивались. Прыгали через козла. Какой нахуй баскетбол??? Думал я. Но Надежда Андреевна говорила.

— Ребята главное физика!! Епти. Физикой мы задавим любую команду.

Нет, в конце тренировки шли какие то броски. Но сил на них, если честно, уже и не было. Игровые тренировки были счастьем, но недолгим. Наденька (так я ее звал про себя) меня манила формами. Низкорослая, но сисястая женщина, порождала во мне много идей. Слишком много на мой пионерский, а скорее октябрятский возраст. В общем манили меня взрослые женщины. И баскетбол.
На первом турнире, в котором я участвовал в команде Надежды Андреевна. А команда наша называлась ПУМА. Потому что Наденька красной краской на майках алкоголичках всем нарисовала сзади номера и слово PUMA па английски. Так ей нравилось, в общем. Я, например, ничего не подозревал о такой фирме вообще. Пума, так пума. Проебали свой первый матч со счетом 52-2. команде города Богородицка. Где этот город был, я в душе не знал. Но игра получилась почти равная. И кто думаете забил эти 2 очка? Правильно. Именно я. Меня заметил на тот момент молодой и перспективный тренер Владимир Негачев. И вскоре я уже тренировался с ним. Надежда Андреевна с ее сиськами осталась позади. Я подумал, что все это блажь и нужно сначала стать великим спортсменом, а потом уже все придёт. И Надежда Андреевна тоже.

Анатольевич оказался тренером от бога. Мне и вправду было реально с ним совершенствоваться. Он читал очень много американских книг. На тему тактики и стратегий баскетбола и за два года сколотил из нас практически идеальную команду. Я был его любимчиком. Не знаю, но он мне привил все самые четкие технические и позиционные действия. Тут надо понять, что нужно всегда играть головой. Я это умел. С правильной подачей тренера.

В рекреацию свой школы я как обычно зашел с черным мешком второй обуви и портфелем (блять это пиздец какой то. Какую хуйню мы таскали вместо современных рюкзаков)

«ПОЗДРАВЛЯЕМ АНДЕЯ ЧЕРНОВА С ПОБЕДОЙ НА ВСЕРОССИЙСКИХ СОРЕВНОВАНИЯХ И ПРИСУЖДЕНИЯ ЕМУ ЗВАНИЯ КАНДИДАТА В МАСТЕРА СПОРТА»

Такой плакат смотрел прямо на меня а я смотрел прямо на него и охуевал. Нет, конечно, все знали, что я играю уже на высшем уровне к 8 классу. сб. Тульской области. сб РСФСР по 1971 г. но чтоб такое выкинуть. Плакат написал корявыми буквами наш физрук Виталий Скорострелов. Ко мне подходили ученики и ученицы и ласково все меня обнимали. Желали стать звездой спорта. Как реагировать на все это я не знал.
Соседка по парте Костешка (Лена Костеева. Наверное самая красивая девочка школы. Очень похожая на артистку Полищук) меня нежно поцеловала. У меня аж привстал.
— Горжусь тобой, Дюш, — томно произнесла она. Я ее хотел всегда, но меня опередили. Хотя в теплых отношениях мы друг другу не отказывали все равно.

Школу я вообще не помню. Потому что не учился совсем. С четверга по воскресенье я уезжал на базу. Тренироваться. Все уроки с четверга естественно шли по пизде. Биология у нас была раз в неделю. В субботу. Что это такое, я так и не понял. Учительница Грунина поймала один раз мою сестру и сказала ей, что у меня будет два за все четверти и полугодия. По биологии. Я передал это Шефу (моему новому тренеру по Туле, Владимиру Михайловичу Бурмыкину). Шеф куда то позвонил. Потом мы еще выиграли в Таганроге зону России, там еще пару турниров.
В общем сидим мы с Наташкой (сестрой) дома. Хуяк, звонок. Грю, Наташ открой. Та метнулась. Открывает. На пороге та самая учительница биологии Грунина.
— Мы газеты читаем!!! — сказала она, и тут же удалилась.
В общем вопрос с биологией, как ожил так, и умер тих и спокойно. Мне все это нравилось. Что можно в принципе заниматься любимым делом, а не просиживать штаны в школе. Не скажу, что я был совсем дурак. Много читал, развивался, но сидеть по шесть часов, слушая иногда откровенную хуйню, мне казалось не тем, что я хотел.
Костешка заводила своего ухажера. Сидела со мной за партой и мило улыбалась. Ей нравилось его дразнить. Мне-то было похую. Но когда по середине урока открывалась дверь, и директор школы заходил и обращался ко мне:
-Андрюш, можно тебя на минутку.
Там похую, что идет история или литература. Он даже «извините» преподавателям не говорил.
Я выходил
— Слушай, звонили из Гороно. Вы завтра в Белгород едете на соревнования. Давай там, не подведи,- улыбался Альберт Михайлович
— Постараюсь — , отвечал я. И мы расходились.
Сев за парту, я тут же слышал от Костешки:
— Куда, Андрюш???
— В Белгород, бля. Ничего не предвещало. Шеф там что то намудрил.
Костешка меня прилюдно целовала, вызывая очередной нереальный гнев своего ухажера.
Вот жопа, блять. Смеялся про себя.

Много воды утекло. Постоянные турниры тренировки.
Так тихом сапом я стал, как сейчас называется MVP турнира городов героев. Пригласили играть в Ленинград. Кондрашов еще был жив. Съездил с командой в Финляндию. Лахти. Удивительный голод. Помню, как ахуел, когда чувак покатавшись на скейте, лег в белой майке на асфальт. Потом встал, и майка как была белой, так и осталась. В общем, на чемпе мира молодежном должен быть играть я. За сборную. Отцепили в последний момент Сейчас смотрю на это философски, а тогда реально плакал. И не понимал. Взяли сынка какого то московского начальника. Приехал домой и впервые напился. Родители поддержали, как могли.
Играл конечно на профессиональном уровне в Тульском Арсенале и Нефтянике Рязанском. После армейки. Это удовольствие не доставляло и денег, как сейчас бешенных не платили. Потом я просто бросил этот все, и стал инженером на ТЭЦ. Спокойней и прибыльней в сто раз.

Прекрасное, считаю, предисловие перед тем как рассказать о том, что хотел.
А хотел я рассказать о своем отце. О человеке ни разу не видевшего, как я играл. По разным обстоятельствам. Нет. Он знал, что я известный баскетболист. Но не сложилось. В детстве ему это казалось глупостью или просто приключением, потом он уже не верил своим заблуждениям, и старался как-то отстраниться от всего этого. А потом, просто боялся понять, что ошибался. Не знаю. Думаю так.

Я его любил всегда. Как может любить сын отца. Красивый и очень качественный человек. Не знаю. Я хотел быть похожим на него во всем. Другое дело, что совершенно ничего не получалось. Это как смотреть фильм с прекрасным героем, очаровываться им, хотеть быть похожим, но выйдя из кинотеатра опять обезьянничать и ничего общего не иметь с тем, от которого только что обалдевал.

Сейчас, по прошествию многих лет, я вспоминаю очень много трогательных моментов со своим отцом. И понимаю, что все что он мне дал в итоге и стало фундаментом моей личности. Если проще, нахватался. Все таки нахватался

Отец меня разбудил часов в 5 утра. Тихо так, и спокойно.
— Андрюш. Вставай, дорогой. Пора.
Накануне мы с ним договорились наловить креветок и пойти в порт Евпатории кефалек поймать. Рыбак он был со стажем. Тем более, из этих мест. Родился он в Саках. В Евпатории учился с мамой в одном классе. Покорил ее своим непревзойденно изумительным видом и настойчивостью.
Мы шли пешком к лиманам по рельсам. Запах креозота душил просто. Даже утром, когда солнечные лучи были не так жестоки. Отец все время меня подбадривал и рассказывал смешные истории. Например какие фамилии были у его одноклассников. Я слушал эти пабаски с интересом и откровенно смеялся. Не знаю, в этот момент я был абсолютно счастлив. Просто с отцом я очень мало проводил своего времени. И эти минуты были действительно волшебны. Несмотря, на в принципе, их обыденность. Что такого. Отец с сыном идут ловить креветок. Но спорт совсем поглотил, и для меня это были настоящие счастливые минуты.

Отец раскрутил трал. И мы поперли по лиману. Ноги кусали какие то неведомые твари.
— Гаммарус, - сказал отец. Такая маленькая кусачая тварь. Потерпи, сынок
И я терпел. Улов после пару кругов был впечатляющ. Чего там только не было. Даже три бычка попались. Но дело было сделано. Креветок море, для рыбалки.

Вечером наловили полведра чаплыка. Ну если кто не знает, это типа подлещика, только не у леща, а у кефали. В порт можно был заходить свободно. Это сейчас яхты стоят неподъемные частные, и прочая шелуха. Идите стороной. Тогда было все проще. Идя с уловом по тихим караимским улочкам города, я просто гордился своим отцом. Он был настолько красив и статен, что мне кажется все бабы на него оглядывались. По дороге он мне рассказывал какое то интересные истории. Жестикулировал и делал неописуемые выражения лица. В тот момент я не думал, что его когда то просто не станет. Он будет вечно. Как его может не быть.

В этом году будет 15 лет как его не стало. Жалею может об одном. Что так мало проводил с ним времени. Эти минуты, часы, дни. Были наверное самыми душевными в моей жизни.
Люблю тебя, отец.